ВСЕ АВТОРЫАБВГДЕЁЖЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ
 поэт Алигер М. И.
Кедрин Д. Б.
1907-1945

БИОГРАФИЯ Кедрин Д. Б.

Дми́трий Бори́сович Ке́дрин (22 января (4 февраля) 1907, Берестово-Богодуховский рудник — 18 сентября 1945, Московская область) — русский советский поэт, переводчик.

Юношеские годы
Родился в 1907 году в донбасском посёлке Берестово-Богодуховский рудник в семье горняка. Его дед по матери, вельможный пан И. И. Руто-Рутенко-Рутницкий имел сына и четырёх дочерей. Младшая, Ольга, родила вне брака мальчика, которого усыновил муж Ольгиной сестры Людмилы Борис Михайлович Кедрин, давший незаконнорождённому младенцу свои отчество и фамилию.
После смерти в 1914 году приёмного отца, который работал счетоводом на Екатерининской железной дороге, Дмитрий остался на попечении матери Ольги Ивановны, работавшей делопроизводителем, тёти Людмилы Ивановны и бабушки Неонилы Яковлевны. «Три женщины в младенчестве качали колыбель мою», — вспоминал много лет спустя поэт.
Литературным воспитанием внука занималась бабушка Неонила, весьма начитанная женщина, страстно любившая стихи, привившая Дмитрию любовь к поэзии: читала из своей тетради Пушкина, Лермонтова, Некрасова, а также в подлиннике — Шевченко и Мицкевича. Бабушка и стала первой слушательницей стихов Кедрина.
Среди предков поэта были дворяне, дочь Кедрина Светлана даже называет его «чистокровным дворянином». Кедрину едва минуло 6 лет, когда семья поселилась в Екатеринославе (ныне — Днепропетровск). В 1916 году 9-летним Дмитрия отдали в коммерческое училище. По пути в училище по зелёной Надеждинской (ныне Чичеринской) улице к широкому проспекту, всегда останавливался на бульваре, где возвышался бронзовый Пушкин. «От памятника Пушкина начинается у меня тяга к искусству», — вспоминал впоследствии поэт.
В юности Кедрин много занимался самообразованием. Изучал не только литературу и историю, но и философию, географию, ботанику. На столе у него лежали тома художественной литературы, энциклопедический словарь, «Жизнь животных» Брема, труды из различных областей науки. Ещё в коммерческом училище Дмитрию удавались эпиграммы и стихи на злобу дня. Серьёзно заниматься поэзией начал с 16 лет.
Революция и гражданская война изменили все планы. Начал печататься в 1924 году в екатеринославской губернской комсомольской газете «Грядущая смена». Одно из первых опубликованных стихотворений называлось «Так приказал товарищ Ленин».
Учился в Екатеринославском железнодорожном техникуме (1922—1924), но не закончил его по слабости зрения. Включился в работу литературного объединения «Молодая кузница». В газете «Грядущая смена» начал работать репортёром. В литературно-художественном журнале при газете печатались не только стихи Кедрина (о Ленине, Кремле, Китае, юных пионерах), но и очерки о передовиках промышленного города, а также фельетоны. К 1925 году, когда Кедрин впервые поехал в Москву, его стихи печатались уже в журналах «Прожектор», «Молодая гвардия» и «Комсомолия», газетах «Комсомольская правда» и «Юношеская правда». В одной из первых рецензий на его творчество говорилось: «Печать тщательной отделки, металлического блеска легла на стихи Дмитрия Кедрина. Начав с примитивных стихов о комсомольской любви, о динамо и пр., он за короткий срок достиг больших результатов». Постепенно у Кедрина формировался свой поэтический голос, он нашёл свои неожиданные темы, свой неповторимый стиль.
В 1926 году 19-летний Кедрин через общего знакомого, литератора, написавшего ему рекомендательное письмо, познакомился с 17-летней Людой Хоренко, приехавшей в Днепропетровск из Жёлтых Вод близ Кривого Рога, а через четыре года женился на ней. «Среднего роста, тонкий и изящный, в белой косоворотке, подпоясанной кавказским ремешком, с волнистыми тёмно-каштановыми волосами, спадающими на высокий лоб, в пенсне, из-за стёкол которого глядели большие задумчивые глаза, с чуть глуховатым низким голосом, сдержанный и скромный, — таким сохранился облик 19-летнего поэта при первой романтической встрече в памяти его жены Людмилы Ивановны. — У Дмитрия приковывали к себе взгляд пальцы на руках: они были длинные, тонкие и подчас, казалось, жили своей особенной жизнью» .

В Москве и на фронте
В 1931 вслед за друзьями, поэтами Михаилом Светловым и Михаилом Голодным, переехал в Москву. Кедрин вместе с женой обосновался в полуподвале старого двухэтажного дома на Таганке в Товарищеском переулке. Честно написал в своей анкете, что в 1929 году на Украине был заключён в тюрьму «за недонесение известного контрреволюционного факта». Факт состоял в том, что у его приятеля отец был деникинским генералом, а Кедрин, зная об этом, в органы на него не донёс. За это «преступление» был осуждён на два года, провёл за решёткой 15 месяцев и был досрочно освобождён. С этим событием, а также с отказом Кедрина быть секретным осведомителем НКВД (сексотом), ряд исследователей связывают последующие проблемы поэта с публикацией его произведений, а также тайну гибели Дмитрия Борисовича при невыясненных до сих пор обстоятельствах.
После рождения дочери, в декабре 1934 года семья Кедриных переезжает в подмосковный посёлок Черкизово Пушкинского района, где у поэта впервые появляется «рабочий кабинет», закуток за занавеской.
Работал в заводской многотиражке «Кузница» мытищинского завода «Метровагонмаш», затем литконсультантом при издательстве «Молодая гвардия» и одновременно внештатным редактором в Гослитиздате. Здесь публикует такие стихотворения, как замеченная Горьким «Кукла» (1932), «Подмосковная осень» (1937), «Зимнее» (1939), баллада «Зодчие» (1938), поэма «Конь» (1940). Произведения Кедрина очень психологичны, обращены к темам историческим, камерным и интимным, он прославлял творцов — создателей вневременной истинной красоты. К пафосу современной ему довоенной действительности поэт был почти равнодушен, за что генсек Союза писателей СССР В.Ставский жёстко критиковал Кедрина и, по свидетельству родственников поэта, даже угрожал ему. Критики советовали Дмитрию Борисовичу бежать от исторических тем.
Соседи и знакомые по Черкизову отмечали, что Кедрин производил впечатление молчаливого, замкнутого, углублённого в себя мыслителя: даже на прогулке он часто не здоровался, не отвечал на приветствия, не вступал ни с кем в разговоры. Поэт не расставался с блокнотом и карандашом, напряжённо работал над текстами своих произведений.
В начале Великой Отечественной войны Кедрин хотел добровольцем уйти на фронт, однако в армию его не взяли из-за плохого зрения (минус 17). В эвакуацию он также не поехал, продолжал в Черкизове (до которого захватчики не дошли всего 15 км) заниматься переводами из антифашистской поэзии народов СССР, которые печатались в газетах (в том числе и в «Правде»), и написал две книги оригинальных стихов, в издании которых Кедрину было отказано. Выехать на фронт поэту удалось лишь в мае 1943 года. В течение девяти месяцев работал корреспондентом авиационной газеты 6-ой воздушной армии «Сокол Родины» (1942—1944) на Северо-Западном фронте, где публиковал очерки о подвигах лётчиков, а также сатиру под псевдонимом Вася Гашеткин. За время работы во фронтовой газете Дмитрий Борисович прислал домой жене 75 номеров, где было напечатано около ста его стихотворений. Находясь на фронте, Кедрин много писал о родной Украине и её героях, стихи, посвящённые Киеву, Харькову, Днепру, Днепропетровску. В конце 1943 года был награждён медалью «За боевые заслуги».
Я познакомился тут <на фронте> с исключительно интересными людьми… Если бы ты знала, сколько в них дерзкой отваги, спокойного мужества, какие это замечательные русские люди… Я чувствую себя в строю, а не где-то в стороне, а это очень важное чувство, которое я редко испытывал в Москве, в нашей писательской среде.
— из писем Дмитрия Кедрина жене

Сразу после войны, летом 1945 года, вместе с группой литераторов ездил в творческую командировку в Молдавию. По дороге домой сосед по купе нечаянно разбил кувшин с мёдом, который Дмитрий Борисович вёз детям, что было истолковано очевидцами как мистический знак скорой беды. 15 сентября на платформе Ярославского вокзала неустановленные лица по непонятной причине едва не столкнули Кедрина под поезд, и лишь вмешательство пассажиров в последний момент спасло ему жизнь. Вернувшись вечером домой в Черкизово, поэт в мрачном предчувствии сказал жене: «Это похоже на преследование». Жить ему оставалось три дня.

Гибель
18 сентября 1945 Дмитрий Кедрин трагически погиб под колёсами пригородного поезда — как считалось, по пути домой из Москвы в Черкизово (по распространённой версии, которую разделял и Евг. Евтушенко, был выброшен преступниками из тамбура вагона). До публикации книги С. Д. Кедриной считалось, что трагедия произошла неподалёку от Черкизово, между платформой Мамонтовская и станцией Пушкино, либо у платформы Тарасовская, где Кедрин должен был сойти с поезда, возвращаясь из Москвы, куда в тот злополучный день ездил за гонораром в Союз писателей и в баре на ул. Горького встречался со старым знакомым ещё по Украине, поэтом Михаилом Зенкевичем. Однако необъяснимым образом тело поэта было найдено на следующее утро неподалёку от железнодорожной насыпи на мусорной куче в Вешняках. Исследователи до сих пор теряются в догадках, как осторожный, внимательный и предусмотрительный Кедрин, спешивший домой с лекарствами к занемогшей жене, оказался так далеко, в противоположной стороне от Москвы и от своего дома, на линии, идущей не с Ярославского вокзала, а с Казанского. Несмотря на проведённое УГРО расследование, данных, проясняющих картину происшествия, не получено, виновные лица не установлены. Тайна смерти поэта до сих пор остаётся неразгаданной.
В очерке И.Ленского «Вокзал прощания», опубликованном в газете «Московский железнодорожник» (№ 34, 2012 год) и в расширенном его варианте в on-line газете «Без штампов», впервые поднята версия о том, что гибель Кедрина могла стать результатом суицида.
Похоронен в Москве на Введенском кладбище. Проводить поэта в последний путь пришли его друзья по литературному цеху М.Светлов, М.Голодный, И.Гвай, В.Казин и другие.
У изголовья могилы Дмитрия Кедрина растёт 300-летний дуб, древнейший на Введенских горах, что стало мотивом философского стихотворения Светланы Кедриной, посвящённого памяти отца.
В память о поэте названы библиотека и музей в Мытищах, а также библиотека в Черкизово на ул. Кедрина.

Творчество
Одним из наиболее значительных произведений Кедрина является стихотворная драма «Рембрандт» (1940) о великом голландском художнике. Впервые поэма была опубликована в трёх номерах журнала «Октябрь» за 1940 год. При этом автору было велено сократить текст драмы, и Кедрин выполнил требование редакции. Поэтому читатель долгое время был знаком с текстом только в его журнальном варианте, который не раз перепечатывался. Полный авторский текст драмы впервые опубликован в книге С. Д. Кедриной об отце только в 1996 году. В 1970—1980 годах постановка была осуществлена в нескольких театрах России как драмы и однажды — как оперы. Поэму читали по радио и телевидению.
В том же жанре драмы в стихах до войны была написана «Параша Жемчугова». По воспоминаниям дочери поэта, над трагической историей крепостной актрисы Кедрин работал около десяти лет. Почти завершённая вещь бесследно исчезла осенью 1941-го — вместе с чемоданом рукописей в неразберихе, когда семья с двумя детьми готовилась от эвакуации, которая в последний момент сорвалась.
В 1933 году Кедрин начинает и только через семь лет заканчивает поэму «Свадьба» (впервые опубликована через 30 с лишним лет) — о всесокрушающей силе любви, перед которой не устояло даже сердце Аттилы, предводителя гуннов, который умер в ночь своей свадьбы, не выдержав нахлынувших и неведомых ранее чувств. Действие поэмы разворачивается на фоне масштабной картины смены цивилизаций и содержит в себе характерное для Кедрина историософское осмысление происходящих перемен.
В 1935 году Кедрин написал «Приданое», версию печальной судьбы поэта Фирдоуси. По мнению литературоведа Юрия Петрунина, Кедрин оснастил поэму автобиографическим подтекстом, усилил её звучание собственными переживаниями и мрачными предчувствиями.
Дар проникать в далёкие эпохи, быть в них не исследователем-архивистом, а современником, очевидцем давно канувших в Лету событий — редчайшее, исключительное свойство таланта Кедрина. В истории его, как правило, интересовали не князья и вельможи, а люди труда, творцы материальных и духовных ценностей. Особенно любил он Русь, написав о ней, кроме «Зодчих», поэмы — «Конь», «Ермак», «Князь Василько Ростовский», «Песня про Алёну-старицу». Вместе с тем поэзии Кедрина присуща недвусмысленная символика: строки в «Алёне Старице» «Все звери спят. Все люди спят. Одни дьяки людей казнят» — были написаны в разгар сталинского террора и цитируются всеми исследователями творчества поэта.
Дмитрий Борисович был не только мастером исторической поэмы и баллады, но и превосходным лириком. Одно из лучших его стихотворений «Хочешь знать, что такое Россия — Наша первая в жизни любовь?», обращённое к истокам русского духа, датировано 18 сентября 1942 года, когда поэт дожидался разрешения выехать на фронт.
Поэзия Кедрина получила высокую оценку таких писателей, как М. Горький, В. Маяковский, М. Волошин, П.Антокольский, И. Сельвинский, М. Светлов, В. Луговской, Я. Смеляков, Л. Озеров, К. Кулиев и других. До войны Кедрин публиковался с поэмами в журналах «Октябрь», «Новый мир», «Красная новь», со стихотворениями — сборниках «День советской поэзии», «Победители». Однако когда дело касалось издания книги, литературные критики были к поэту беспощадны.
Первую попытку выпустить свои стихи отдельным изданием в Государственном издательстве художественной литературы (ГИХЛ) Кедрин предпринял вскоре после приезда в Москву в 1931 году. Однако рукопись вернули, несмотря на положительные отзывы Эдуарда Багрицкого и Иосифа Уткина. Пытаясь найти компромисс с издательством, Кедрин вынужден был исключить из неё многие произведения, в том числе уже получившие признание. После тринадцати возвращений рукописи для доработки, нескольких переименований единственный прижизненный поэтический сборник —"Свидетели", в который вошли всего 17 стихотворений, был издан в 1940 году.
В 1942 году Кедрин сдал в издательство «Советский писатель» книгу «Русские стихи». Однако сборник не увидел свет из-за негативного отзыва рецензентов, один из которых обвинил автора в том, что он «не чувствует слова», второй — в «несамостоятельности, обилии чужих голосов», третий — в «недоработанности строк, неряшливости сравнений, неясности мышления». Спустя десятилетия литературоведы характеризуют творческую палитру Кедрина совсем иначе: его поэзию военных лет питали интонации доверительной беседы, историко-эпическая тематика и глубокие патриотические импульсы.
Уходя на фронт в 1943 году, Кедрин отдал новую книгу стихов «День гнева» в Гослитиздат, но и она получила несколько отрицательных рецензий и не была издана. Вероятной причиной отказа было то, что Кедрин отразил в стихах не героическую сторону войны, а скудную жизнь тыла, ночи в убежище, бесконечные очереди, нескончаемое человеческое горе.
Большинство своих стихотворений автор так и не увидел напечатанными, а его поэма «1902 год» ждала публикации 50 лет. В 1944-м, за год до своей трагической гибели, Кедрин глубоко сокрушается:
Многие мои друзья погибли на войне. Круг одиночества замкнулся. Мне — скоро сорок. Я не вижу своего читателя, не чувствую его. Итак, к сорока годам жизнь сгорела горько и совершенно бессмысленно. Вероятно, виною этому — та сомнительная профессия, которую я выбрал или которая выбрала меня: поэзия.
— Дмитрий Кедрин

Вместе с оригинальным творчеством Кедрин много занимался переводами по подстрочникам. С конца 1938-го по май 1939 года переводил с венгерского поэму Шандора Петефи «Витязь Янош», затем с польского поэму «Пан Твардовский» Адама Мицкевича. В 1939 году ездил в Уфу по заданию Гослитиздата переводить с башкирского стихи Мажита Гафури. В первые годы войны, перед отправкой во фронтовую газету, Кедрин много занимался переводами с балкарского (Гамзат Цадаса), с татарского (Муса Джалиль), с украинского (Андрей Малышко и Владимир Сосюра), с белорусского (Максим Танк), с литовского (Саломея Нерис, Людас Гира). Известны также его переводы с осетинского (Коста Хетагуров), с эстонского (Йоханнес Барбаус) и с сербскохорватского (Владимир Назор). Большинство этих переводов были опубликованы после смерти поэта.
До выхода сборника Кедрина в серии «Библиотека поэта» (1947) его творчество было известно лишь немногим знатокам поэзии. С. Щипачёв на Втором съезде СП в 1954 выступил против замалчивания творчества Кедрина.
В его творчестве наряду с песен¬ными стихами о природе много публицисти¬ки и сатиры, и стихотворений повествова¬тельных, часто исторического содержания. В его ясных и чётких стихах, где умело со¬блюдена мера в образном воссоздании духа и языка прошедших эпох, отражены страда¬ния и подвиги русского народа, подлость, свире¬пость и произвол автократии.
— Вольфганг Казак

В 1984 году, накануне перестройки, объёмный однотомник Кедрина, включающий его основные произведения, впервые был издан массовым, 300-тысячным тиражом. Сборник, изданный в Перми, в книжных магазинах страны не залежался. Следующее, 200-тысячное издание «Дума о России» (М.: Правда, 1989.—496 с.), также быстро разошлось.

Исследования поэзии Кедрина
Впервые книга о поэзии Кедрина вышла в 1963 году. Её автор Пётр Тартаковский сделал упор на анализе исторических произведений поэта, отметив, что героев для своих поэм Кедрин выбирал преимущественно среди простых людей, а характеры раскрывал прежде всего через деятельность. Литературовед особо выделяет кедринское чувство меры в использовании старинных слов и реалий исторических эпох, куда поэт с лёгкостью переносился волей фантазии и воображения: «В Кедрине историк никогда не берёт верх над художником». В вышедшей в 1965 году монографии Геннадия Красухина отмечено, что Кедрин не стремился к точной исторической достоверности как к самоцели. Так, например, сведённые кедринским замыслом в поэме «Зодчие» создатели храма Покрова и артель монаха Андрея Рублёва жили и творили в разных эпохах. Литературовед Юрий Петрунин в предисловии к сборнику 1989 года указывает, что произведения Кедрина создавались не для того, чтобы сделать стихотворный вариант летописи или учебника истории. Они пробуждают и поддерживают интерес к прошлому, к сохранению в художественных образах памяти о славных и трагических событиях давних веков и тысячелетий.

Семья
Жена — Людмила Ивановна Кедрина (Хоренко) (10 января 1909 — 17 июля 1987), родом из Кривого Рога, из крестьянской семьи. Познакомились в 1926 году, поженились в 1930. Похоронена рядом с Д.Кедриным на Введенском кладбище в Москве (участок № 7). У Кедриных двое детей — Светлана и Олег (1941—1948). Последний адрес Кедрина — посёлок Черкизово Пушкинского района Московской области, улица 2-я Школьная, дом 5. На доме установлена мемориальная доска.
Дочь поэта Светлана Дмитриевна Кедрина (р. 1934, село Черкизово Московской области), поэт, прозаик, художник, известна своими работами по исследованию творчества отца. В 1996 году в Москве (издательство «Янико») вышла её книга воспоминаний об отце «Жить вопреки всему». За переиздание этой книги на Украине Светлана Кедрина в 2007 году была удостоена литературной премии им. Дмитрия Кедрина в номинации «Проза».

Интересные факты
В середине 1930-х годов, наблюдая за травлей Осипа Мандельштама, Николая Заболоцкого, Павла Васильева, Кедрин написал едкую эпиграмму:
У поэтов жребий странен,
Слабый сильного теснит.
Заболоцкий безымянен,
Безыменский именит.


Перевод произведений Кедрина на украинский язык
Произведения Дмитрия Кедрина переводились на украинский язык украинским поэтом Гаврилой Никифоровичем Прокопенко (1922—2005). На украинском языке в переводе Прокопенко было издано два сборника стихов Кедрина (в Днепропетровске в 2005 и 2007 годах).
В процессе осуществления переводов поэзии Кедрина на украинский Г. Н. Прокопенко долгие годы вёл переписку с близкими Дмитрия Кедрина — его женой Людмилой Ивановной и дочерью Светланой. Их переписка издана в книге «Украинскому Кедрину — быть (Л. И. Кедрина, С. Д. Кедрина, Г. Н. Прокопенко — избранная переписка)», составленной женой переводчика, детской писательницей Ириной Прокопенко.

Музыка на стихи Кедрина
Тексты Кедрина использованы в Реквиеме Моисея Вайнберга (1965—1967).
Композитор Давид Тухманов в 1980-е годы на стихи Кедрина сочинил песню «Поединок». Композитор Игорь Николаев написал песню на стихотворение Дмитрия Кедрина «Бабка Мариула».
Пишут песни на стихи Кедрина и самодеятельные авторы. Например Владимир Шорохов написал песни на стихи: «Любимец 3 эскадрильи», «Дивчину спытает козак у плетня», «Бродяга», «Несмеяна», «Два кургана».
На стихи Кедрина пишет казанский композитор Рустам Зарипов: «Голос», вокальная поэма (в оригинале — «Пластинка») и цикл «Пять хоров на стихи Дм. Кедрина» (для смешанного хора a capella).
В 1991 году в Москве на фирме «Мелодия» вышел виниловый диск-гигант уфимского музыканта и писателя Сергея Круля «Все невольно в памяти очнётся…», в который помимо песен и романсов на стихи Рубцова, Блока, Заболоцкого и Жигулина, вошли две баллады на стихи Кедрина — «Сердце» и «Кровь». Этим же автором в апреле 2007 года записан компакт-диск «Пластинка» (8 песен) и передан в дар дочери поэта Светлане Кедриной.
По мотивам поэмы «Свадьба» группой «Ария» написана песня «Аттила», вышедшая на альбоме «Феникс» в 2011 году. В тексте песни повествуется об Аттиле, вожде гуннов.
На стихи Кедрина композитором Н.Пейко написан вокальный цикл «Картины и размышления», а также на стихи Кедрина писали ученики Пейко (Вульфов, Абдоков).

Сочинения
Свидетели, 1940
Рембрандт. Пьеса, 1940
Избранное, 1947, 1953, 1957
Стихотворения и поэмы, 1959
Красота, 1965
Избранные произведения, 1974, 1978
Зодчие, 1980
Сти¬хотворения. Поэмы, 1982
Дума о России. М., «Правда», 1989
Соловьиный манок, М., «Книга», 1990